– Сергей Юрьевич, что побудило Вас выбрать юридическую профессию?
– Увлечение историей, сильно проявившееся еще в средней школе. Я всерьез собирался поступать в Историко-архивный институт – и это в 1991 г., когда все рухнуло; я учился тогда в предпоследнем классе. Хорошо, что мои родители посоветовали мне получить востребованную профессию – стать юристом, а историей заниматься как хобби. Последовал их мудрому совету, в последнем классе готовился к поступлению в юридический вуз, поступил, стал юристом, и так и получилось – все эти десятилетия продолжаю увлекаться изучением истории.
– Расскажите, пожалуйста, о Вашем профессиональном пути после окончания вуза.
– Я окончил МГЮА в 1997 г. и поступил в аспирантуру, чтобы написать и защитить диссертацию об особенностях работы адвоката по делам о безвозмездном приобретении жилья (в первую очередь – по наследству). Но сразу же стал работать юристом в юридических компаниях. Однако уже в 2000 г. сдал экзамен и стал адвокатом Московской областной коллегии адвокатов; экзамен сдавал 1 ноября в историческом помещении Президиума МОКА на Измайловском проспекте.
В 2001 г. успешно защитил кандидатскую диссертацию, после этого стал преподавателем МГЮА и все эти годы совмещал адвокатскую практику и преподавательскую деятельность.
– 1 ноября исполняется 25 лет с момента получения Вами адвокатского статуса. Почему решили стать адвокатом?
– Когда учился в МГЮА, у меня было две профессиональные мечты – стать адвокатом и написать и издать книгу по наследственному праву.
Работа адвокатом мне нравилась тем, что она творческая и многогранная, и еще – что она предполагает публичные выступления (это мне всегда давалось легко). Причем сейчас понимаю, что с самого начала хотел работать сугубым цивилистом. Конечно, становясь адвокатом, был готов при необходимости осуществлять защиту по уголовным делам, но в целом мне удалось практику построить в поле цивилистики, специализируясь прежде всего на любимом мной наследственном праве.
Мечту написать и издать книгу по наследственному праву тоже осуществил – в 2007 г. она была издана «Эксмо», в 2010-м – переиздана. Потом были большие изменения в законодательстве, сейчас хорошо бы написать эту книгу заново, но пока я к этому не подошел.
– Ваша специализация – семейное и наследственное право. Чем был обусловлен выбор именно этой специализации?
– Генеалогией – в истории я очень быстро буквально влюбился в нее и до сих пор верен этой привязанности. Я могу часами исследовать и сопоставлять родственные связи и зарисовывать их в родословные схемы.
В юриспруденции родословие – прежде всего в семейном праве и наследственном праве. Помню, как перед вторым курсом с надеждой изучал список учебных дисциплин, потому что узнал, что вроде бы должно быть семейное право, но меня поджидало разочарование – в учебном плане было не семейное, а созвучное ему по названию, но абсолютно другое – земельное право. И перед третьим курсом смотрел напрасно. Лишь на четвертом курсе с радостью наконец-то увидел в учебном плане такую жданную мной дисциплину – семейное право.
Так что выбор семейного и наследственного права для работы на практике был для меня «выбором без выбора» (есть такой переговорный прием) – я хотел вести дела в сфере именно этих двух отраслей. И мне это, по счастью, удалось.
– Еще одно направление, которым профессионально занимаетесь, – медиация. Почему решили стать медиатором? Как навыки медиации помогают в Вашей адвокатской деятельности?
– По своему характеру считаю, что худой мир лучше доброй ссоры. И я поверил в медиацию, услышал реальные истории про то, как медиатору удалось либо помирить расстающихся супругов, пышущих взаимной неприязнью, либо как минимум помочь им расстаться мирно; в итоге неприязнь проходит, а человеческие отношения остаются нормальными.
И еще имею склонность к переговорам, люблю в них участвовать, и еще – разрабатываю особенности проведения переговоров.
И владение медиативными и переговорными техниками здорово расширило набор инструментов в моей профессиональной деятельности.
– Могли бы рассказать о наиболее ярких и сложных делах в Вашей практике?
– Во многих делах есть пусть и небольшие, но запоминающиеся моменты. Одно дело называю «дело о благодарных растениях»: наследница пропустила срок для принятия наследства своей родной тети, ей необходимо было доказать фактическое принятие наследства; но оказалось, что она не сделала ничего, кроме того, что вывезла из квартиры тети в свою квартиру зеленые растения, которые были у тети, потому что не хотела, чтобы они завяли; я смог доказать этот факт – и суд вынес решение об удовлетворении требований моей доверительницы; то есть она позаботилась о растениях, чтобы они не погибли, – они позаботились о ней, чтобы она получила наследство.
А вот о сложных делах хочу сказать с горечью. Я оказываю помощь по спорам о воспитании детей и с болью вижу, что в некоторых случаях родитель, а иногда – даже оба родителя в пылу своей войны за имущество забывают об интересах детей, и дети оказываются даже не просто на передовой противостояния своих родителей, но и используются родителями как боевые снаряды. Это жутко. Детей нужно очень беречь! Уверен, что мы, адвокаты, наряду с интересами наших доверителей должны одновременно защищать и интересы детей наших доверителей.
– Вы занимаетесь литературным творчеством много лет. Около трех лет назад Вы презентовали роман «Корни тайны». Что побудило Вас к его написанию?
– Мне давно хотелось создавать литературные образы и с их помощью делиться своими размышлениями с возможными читателями. Но побудителем к тому, чтобы действительно по-настоящему заняться творчеством, стала смерть моего лучшего друга, Святослава Белогорцева – мы вместе учились в МГЮА и дружили четверть века. К сожалению, он умер 10 ноября 2017 г., скоро будет 8 лет, как его нет. Его смерть стала абсолютно невосполнимой потерей для меня, потому что он был совершенно исключительным человеком – невероятно надежным, умным, мудрым, тактичным, понимающим, с великолепным чувством юмора, и – прекрасным другом. И я решил продлить его внезапно оборвавшуюся жизнь виртуально, написав роман, главным героем которого является адвокат Станислав Белогоров1 (Слава тоже, как и я, поступил в адвокатуру, еще по Положению об адвокатуре РСФСР). Роман называется «Корни тайны», его действие начинается 10 ноября 2017 г., и это единственная точно указанная в романе дата.
Мне исключительно приятно было узнать мнение дочери Славы (она была вторым человеком, кто прочитал роман, и без ее одобрения я не стал бы обнародовать его): она сказала, что читала роман – и видела, что Белогоров говорит и действует так, как говорил бы и действовал ее папа.
– Есть ли у Вас другие произведения, посвященные деятельности адвоката?
– Да. Потом я написал еще два романа – «Адвокаты. Братья во вражде» и «Дети отцов» – об адвокатах, братьях Синегоровых, которые с детства враждовали, но потом при драматичных обстоятельствах смогли помириться, и далее – в романе «Дети отцов» – они уже работают вместе, очень удачно дополняя друг друга своими разными характерами.
Также сочиняю исторические пьесы про римских и византийских императоров и их отношения с их родными и близкими (то есть здесь тоже семейное право и тоже история). И если есть возможность сделать одним из героев пьесы реального адвоката, упоминаемого в источниках того времени, – я делаю его героем, и его деятельность положительно оценивается главными героями; в пьесе «Отец и властелин» – это общеизвестно законопослушный адвокат Леонций, в пьесе «Пурпур» – это осторожный сановник Татиан, который начинал свою карьеру с адвокатской практики.
Героем нового романа, который сейчас собираюсь обнародовать, – «Минус отец» – является новый адвокат, который помогает своему доверителю бороться за детей, но проигрывает это дело, и параллельно ему приходится еще и преодолевать кризис профессионального выгорания.
– Вы упомянули, что дочь Святослава Белогорцева была вторым читателем. А кто первый читатель?
– Моя жена – она мой альфа-ридер, ей рассказываю свои творческие замыслы и потом ей первой показываю все, что написал, и спрашиваю, стоит или не стоит обнародовать это. Очень доверяю ее мнению. Она всемерно поддерживает мое творчество, и прежде всего благодаря ей продолжаю заниматься им.
– Вы также являетесь радиоведущим. Насколько нам известно, Ваша радиопрограмма также связана с адвокатурой. Как она появилась и каков ее формат?
– Мне очень приятно, что Вы спросили о моей деятельности радиоведущего, потому что очень ценю радиоведение. В этом году на интернет-радиостанции «Smoothlifestyle» создал свое еженедельное авторское радиошоу «Строго говоря! (Час адвокатский)». Однако, несмотря на название, оно не является чисто юридическим. В эфире я обсуждаю с адвокатами, медиаторами, преподавателями, историками, деятелями культуры, другими интересными людьми темы, которые важны и в повседневной жизни, и в глобальном плане, и при этом как адвокат задаю вопросы, ответы на которые позволяют расширить юридический кругозор слушателей – то есть использую это радиошоу для правового просвещения.
– Вы совмещаете адвокатскую деятельность с преподавательской. Расскажите, пожалуйста, какие курсы и дисциплины ведете.
– Наследственное право! И здесь – тоже наследственное право. Я его знаю, я его люблю и вижу свою задачу в том, чтобы студенты освоили основы этой отрасли не только для зачета и для практической деятельности, но и для себя – чтобы при необходимости они и сами могли сориентироваться в вопросах наследования, и своим родным и близким помогли.
Но особое значение для меня имело преподавание истории адвокатуры, причем – всемирной истории. Светлана Игоревна Володина поручила мне подготовить этот курс, и, готовя его, я в совершенно новом ключе посмотрел и на историю Древнего Рима, и на историю Франции, и даже на особенно любимую мной историю Византии, в которой адвокаты участвовали в кодификации законодательства. Очень благодарен Светлане Игоревне за это поручение – как очень благодарен ей за большую поддержку и в профессиональной, и творческой деятельности.
– Этой осенью издана Ваша книга «Переговоры в адвокатской деятельности. Пособие для молодых адвокатов». Что послужило основой для ее написания?
– Я убежден, что мы, адвокаты, по определению замечательные переговорщики, умение вести переговоры – присущий нам профессиональный навык. И мне хотелось обобщить свой опыт и опыт коллег, а также опыт подготовки и проведения тренинга по переговорам, чтобы подготовить сугубо практическое пособие с перечнем видов переговоров (во всем их многообразии), с описанием стадий переговоров, действий, наполняющих каждую стадию, законодательного регулирования, этических аспектов, и все это – с учетом специфики адвокатской деятельности. Мне очень хотелось написать и издать эту книгу, я очень рад, что она издана, и рад, что она будет в открытом доступе для всех коллег. Очень надеюсь, что она будет полезной.
– Вы являетесь лектором обучающих вебинаров Федеральной палаты адвокатов. Расскажите, пожалуйста, о данном направлении Вашей деятельности.
– Это – самое ценимое мной направление деятельности. То, что уже много лет вхожу в пул лекторов ФПА РФ, – одно из достижений, которыми горжусь. Выступление с лекциями для коллег-адвокатов – это моя самая любимая работа, потому что наша адвокатская аудитория – сложная, требовательная, способная прямо высказать свое мнение, но мне удается готовить и представлять свои материалы коллегам так, что они благодарят за них – и мне исключительно дорога их оценка. Помогает так готовить материалы лекций то, что я рассказываю о предмете так, как сам хотел бы услышать, если бы был слушателем.
– Каковы Ваши дальнейшие профессиональные и творческие планы?
– В профессиональной деятельности хочу развивать работу по наследственным делам. И здесь призываю коллег-адвокатов обратить внимание на такую сферу, как наследственное планирование, чтобы не только помогать наследникам отстаивать их права, но и помогать будущим наследодателям продумывать и выражать в документах их волю, причем это может быть распространено не только на бизнес-активы, как многие думают, но и на обычное имущество. Нашим согражданам очень нужна наша помощь, потому что и оформление прав сейчас стало сложнее, и правила наследования непросты для понимания, и нам, адвокатам, важно успеть занять и освоить эту новую и очень перспективную нишу юридической помощи.
А в творчестве сформулировал для себя четкие ориентиры. С учетом того, что у меня уже есть романы об адвокатах и пьесы об императорах, очевидно, что остаются открытыми две другие соответствующие ниши – романы об императорах и пьесы об адвокатах.
Исторические романы – это то, ради чего, собственно, изначально и хотел заняться литературным творчеством. И работу над первым историческим романом – «Пурпур для Руфуса» – уже начал. А вот пьесы об адвокатах – это то, о чем впервые подумал сейчас, этой осенью, ведь судебный процесс с определенного ракурса можно рассмотреть как процессуальное действо, где есть роли судьи, обвиняемого, адвоката как его защитника, прокурора как обвинителя (если процесс уголовный), или сторон разбирательства и адвокатов как их представителей (если процесс гражданский), – и впервые подумал, что было бы очень интересно изложить это драматургическими средствами.
1 Фамилия видоизменена в романе. – Прим. ред.
