В своем отклике на статью Юлии Лялюцкой «Ключевой момент – выбор кредитором способа защиты права» (см.: «АГ». 2021. № 16 (345)) автор приводит кейс из практики АБ «Бартолиус», похожий на описанный в статье, который дошел до Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ. Итогом стал полный отказ кредитору во включении в реестр требований кредиторов поручителя в процедуре его банкротства, что по правовым последствиям является идентичным с признанием договора поручительства прекратившимся: кредитор лишается возможности получить фактическое исполнение за счет имущества поручителя. Данная правовая квалификация представляется автору единственно правильной и справедливой при установлении нетипичного недобросовестного и неразумного поведения кредитора.
Автором затронута очень редкая, однако в последнее время постепенно набирающая обороты тематика. Если обобщить суть раскрытого вопроса, то на примере конкретного дела из собственной практики автор раскрывает способ противодействия злоупотреблениям при реализации кредитором его прав на получение исполнения по просроченному обязательству.
