В настоящем отклике на статью Александра Васильева «”Красные линии” пределов разбирательства» (см.: «АГ». 2022. № 11 (364)) автор, отмечая важность активной роли защитника в обсуждении вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, акцентирует внимание на значимом определении КС РФ от 25 ноября 2020 г. № 2634-О по жалобе Ерохина И.И. о нарушении его конституционных прав ч. 1 ст. 252 УПК РФ, которое, по его мнению, поставило крест на попытках прокуроров и судей, прикрываясь ширмой пределов судебного разбирательства, ограничить право подсудимого приводить доказательства и доводы, свидетельствующие о том, что преступление совершено не им, а другим лицом и при иных обстоятельствах, чем те, которые присяжным навязывает государственный обвинитель, и кардинально изменило судебную практику.
Нельзя отрицать, что пределы судебного разбирательства в суде присяжных имеют свои особенности, связанные с установленным ст. 334 УПК РФ запретом исследования с участием присяжных вопросов права, т.е. сугубо юридических аспектов обвинения. Нарушение запрета нередко и достаточно последовательно рассматривалось вышестоящими инстанциями как основание к отмене приговора, постановленного на основании вердикта присяжных заседателей, независимо от того, на каком этапе судебного следствия, прений или постановки вопросов, подлежащих разрешению, эти существенные нарушения уголовно-процессуального закона были допущены.
