В настоящем комментарии к статье Юниса Дигмара «Расширяя горизонты…» (см.: «АГ». 2025. № 8 (433)) подчеркивается, что виндикация в косвенном иске все еще невозможна, так как это требование заявляется в рамках применения реституции по оспоренной сделке. Иными словами, возврат имущества из незаконного владения может быть требованием, исходящим только от единоличного исполнительного органа как лица, действующего от имени корпорации. Тогда как его бездействие (незаявление виндикационного иска) является основанием для смены лица, осуществляющего полномочия единоличного исполнительного органа, но не может порождать для участников корпорации права на заявления самостоятельного косвенного иска о виндикации. Корпоративные права участников не должны использоваться для вторжения в компетенцию единоличного исполнительного органа, в связи с чем основания для заявления косвенного иска связаны непосредственно с нарушениями корпоративного законодательства. То есть основаниями такого иска могут являться причиненные убытки или, например, превышение полномочий генеральным директором. Регулирование косвенного иска обусловлено в том числе необходимостью соблюдения баланса интересов между собственниками корпорации и иными участниками гражданского оборота, которые добросовестно полагаются на управомоченность лица, действующего от имени корпорации.
В статье автор уделяет внимание проблематике косвенных корпоративных исков, в том числе в условиях корпоративного конфликта, и принципа эстоппель в корпоративных отношениях, о чем высказался ВС РФ в Определении от 14 февраля 2025 г. № 303-ЭС22-15014 по делу № А24-5930/2020. Автор отмечает позитивность тенденции развития судебной практики как таковой и отдельно предлагает оценить возможность применения виндикации в рамках косвенного иска об оспаривании сделки участника корпорации. Кроме того, он небезосновательно критикует запрет на заявление самостоятельного косвенного иска о виндикации по формальному основанию отсутствия прямой нормы закона.
